|
| Критиковать имеет право
Лишь только тот, кто гениален
Во всём всегда был идеален
И слышал только крики браво
|
|
Опубликовал: Анатолий Клепешнёв 5 ноября 2020
1
Нет комментариев
| 649 прочтений
|
| Бог даёт - Бог возьмёт,
Вновь придёт и уйдёт новый год,
Добрый ангел крылами укроет
Новую песню мою;
|
| В полях полыхают грозы,
Дождь лупит как из ведра,
Согласно давним прогнозам
Начнётся грибная пора;
|
| Сверни с дороги в сквер пустой,
остановись и просто слушай,
как в сумрак золотой листвой
летят берёзовые души.
|
| Отгудел пчелиный улей,
журавлям пора за море,
синеву хранит июля
увядающий цикорий.
|
| День догорел, и полыхнув закатом
Сгустился мраком, обнажая боль,
Что в сундуках души осела златом,
И полыхает, как в печи огонь.
|
| Тихим вечером приходит лето
В южный город морского ветра,
В нежный шёпот акаций цветущих,
В шум волны, в соловьёв поющих...
|
| Не осуждай, ведь ты меня не знаешь.
Вся наша жизнь, как эхо двух миров.
Я камнем вниз, а ты орлом летаешь,
Тебя ласкает свет далёких звёзд.
|
| Девушка в ромашковом поле
Гадает: любит - не любит,
Ангел с книгою судеб
Летает на вольной воле;
|
| Прошёлся дождик и прохлада
прочь прогнала остатки сна,
а из листвы совиным взглядом
на нас уставилась луна.
|
| Закрыло лето свой сезон,
Под занавес – шумя дождями;
И в этот год живой газон,
И, слава Богу, живы сами.
|
| Не отрифмовывая драму,
Писала чувствами, как есть.
Ты был единственным, и самым,
И все достоинства не счесть.
|
| На заре иду от порога
В утро освящённое Богом,
В росою умытые травы,
В шум вековой дубравы;
|
| Разбудят ветер две синицы -
закружит майских вишен цвет,
не седины душа боится,
а памяти ушедших лет.
|
| Не грусти, не вздыхай, что скитальцы -
сновидения, память, душа,
и в туманы цветущих акаций
беззаботная юность ушла.
|
| С начала июня - неделя,
тюльпаны уже отцвели,
о вечности лета гудели
траве золотые шмели.
|
| В зное медового августа,
Мы потерялись с тобой,
В трепетном вздохе паруса
Держим дорогу домой;
|
| Голубеет иней
На верхушках сосен,
На полянах синих
Видят сны снега;
|
| Июнь щадит. Тепло – не жарко.
Мерцает небо бирюзой.
Парит слегка под сенью парков,
И разлетается волной.
|
| Я не люблю высокопарных фраз,
Равнина мне милей вершин альпийских.
Июнь пижонил дерзко, напоказ
(Так хвалятся нарядом одалиски).
|
| Тихая песня снега:
Неслышная, почти немая,
Как и печаль моя светлая,
Невысокая, как бы земная;
|
| Потерпи - всё само утрясётся,
проторит слово к сердцу тропу,
и цыплёнком весеннее солнце
разобьёт облаков скорлупу.
|
| В бескрайней бездне неба
Среди могучих туч,
Снежинка родилась
Зимой суровой,
|
| Бьётся воин - защитник отечества
В одиночестве и в забвении.
Нет печальней и горче пророчества
О потерянном в лжи поколении.
|
| Прильну щекой к плечу
И слёз не удержу.
У времени в плену,
Лишь пять минут прошу.
|
| По лужам облака плывут,
последний снег зачах,
и сосны держат синеву
на бронзовых плечах.
|
| Повернулась печальным лицом -
не клянись, что запомнишь навек,
на плечах твоих белым песцом
серебрился декабрьский снег.
|
| На звезде Альдебаран
Пасётся пламенный баран,
Жуёт он травы жаркого огня;
|
| Как лист увядший падает на душу,
Как слово изменяет жизни ход,
Так провожает долгим взором сушу
Гонимый бард, невольный мореход…
|
| Осенний вечер. Кафе городское.
Он курит напротив. Она не одна.
В случайной встрече есть что-то родное:
Во взгляде, в манере, как будто из сна.
|
| Прошедшей бури меркнет лик,
С утра играет в небе солнце,
Звенит божественный родник,
Стуча в прикрытое оконце.
|
| Эх, да где бы не был я,
Там везде лишь туман-дым,
По полям, по зарослям былья,
Где ходил-бродил молодым;
|
| Тревожно мечется эфир,
Гоняя панику по нервам,
Пал перед гриппом грешный мир,
Хоть не последний он, не первый.
|
| Мальчик играет на флейте
Под шёпот зелёного леса,
Где-то журчит ручей
|
| Рассеял сумрак января
фонтан заснеженной сирени,
и ветки звоном хрусталя
тревожат дремлющие тени.
|
| Вся жизнь, и десять лет покоя.
Без боли вздох, и шаг назад.
Ты проклял нас своей любовью.
Я не желаю - ты мне рад.
|
| С кайлом у ложа, ночь тревожно,
Гуляет – душу теребя.
Переписать жизнь невозможно,
Как и отречься от себя.
|
| Слушая сердце, не слышу его...холодным ливнем полито оно...
Огонь, полыхающий изнутри выжег все напрочь, как траву в степи...
над пепелищем соженным рыдая, слышу лишь гул воронья... Проклиная...
То время и место, где судьбы скрестились, и наши сердца на века опалились.
|
| Три свечи горели на столе, из Потсдама с росписью подсвечник.
Ущипни меня, я как во сне, вешаю на шею твою крестик.
Пусть твоей защитой станет он, и Господь хранит тебя всегда.
Окроплён он был святой водой! Помни обо мне. Хоть иногда...
|
| Без долгих сборов и сомнений,
Опять склонилась у стола,
Читая волны вдохновения,
Что вновь нисходят на меня.
|
| В сквер забежит неприкаянный ветер,
тени прогонит, исчезнет вдали,
падают с неба на землю соцветья -
яблони в райских садах отцвели.
|
| Знаю я мужика одного,
У него нету ног, нету рук.
Каждый день у него всё одно:
Он в коляске, а люди вокруг.
|
| Я японцу по-французски, объяснял лихие чувства,
Что рождает старый новый год,
Что пора шершеляфамить, на такси трояк оставить,
Захватив бутылочку сакэ;
|
| Я на лавочке летом сижу,
Я смотрю на детей и на мам.
Вспоминаю судьбу я свою,
Вспоминаю детдом, где рос сам.
|
| Движутся нахмуренные тучи,
заслонив собою неба синь...
Скачет день торжественно-певучий
Хлынет дождь, хоть небо опрокинь...
|
| На холсте моём чёрный квадрат,
Ты же видишь себя, свой портрет.
И не я, в этом ты виноват,
Что во всём видишь собственный след.
|
| Я поеду вдогонку за осенью,
Где октябрь на краски богат,
Чтоб глядеть в небо синее с проседью,
По бульварам топтать листопад.
|
| Мама, помнишь наш двор в девяностых?
Мы бежали от стаи собак
По замёрзшей, из грязи, коросте
И едва заскочили в барак.
|
| В белой комнате только собака и стул,
Белый пол - белых стен отраженье,
Свежий ветер запах сирени задул,
В окна майские, как наважденье;
|
| Приморозило гроздья рябины, значит слаще на вкус она стала!
И нет больше о том мне кручины, горький вкус ощущать перестала...
Ветви голы. Одни только гроздья, словно капельки крови рдеют.
Но придёт долгожданная гостья, заморозит! Закаменеют...
|