Избранная жизнь

(Диалог молодого ученого – поэта и Мефистофеля в современном мире. Душа Фауста в свое время смогла сбежать от владыки Ада, и, скрываясь от него, веками вселялась в тех или иных людей, пока, наконец, не вселилась в молодого ученого. Все эти года, пока разъяренный падший ангел пытался ее найти, поэт даже не подозревал, кто разделял его тело с его собственной душой.) Берег. Медленно к краю набережной подходит Молодой поэт. Он всматривается вдаль, достает листок и ручку, обращает взор на белый лист бумаги и никак не может решить с чего начать. Кладет лист около себя и принимается рассуждать… Молодой поэт: Забвение…тоска и в мыслях, и в расчетах. Придать бы нужно рассуждение На новый лад в забытых строках… Наука – честь ее терпима Для сотворения грехов, Но я – поэт, моя душа непобедима, И просит жизнь все новых проз, стихов. Я одичал…покрылся коркой книг науки. От тысяч сотен их страниц Уж огрубели мои руки. А память, что забита вычислением, Забыла жизнь с лирическим вступлением. Не помнит, как любил вчера, И что планировал на завтра. Перестала ощущать изящное письмо пера. Науки тьма, как златых зерен жатва. (Присаживается, взяв в руки листок и ручку.) Так…что же начеркать в пустом листе – Где муза, где же вдохновение? (Появляется легкий ветер, небо сгущается, и прямо из центра грозовых туч вырывается смерч, с которым на землю прибывает Мефистофель) Мефистофель: О тьме напомнил в суете? Так знай, она – твое творение. Изволь придать свое суждение Про жизнь, забытую в тоске. (Подходит к краю берега и вздыхает) Когда-то берег этот скрывал в себе желания грех… Теперь опять стоим с поэтом Вдвоем…судьба? Нет, - смех! Молодой поэт: Откуда взялся ты – колдун ли существо? Ты ангел, раз слетел с небес? Мефистофель: Да бог с тобой, что за естество, Как с неба – сразу ангел, а не бес. Молодой поэт: Ты бес? Мефистофель: Возможно… Молодой поэт: Черт? Мефистофель: Не уважаешь ты меня. Молодой поэт: Я отбираю варианты осторожно. Мефистофель: Но оскорбить успел зазря… Молодой поэт: Раз ты не ангел, как же смеешь молвить об обиде? Мефистофель: Обиды нет, Но чин унижен мой в воззрении низшей расы. Молодой поэт: Кого ты низшим называешь? А сам сейчас в чьем ходишь виде – В обличие простой и серой массы. Мефистофель: Посмел бы оценить, кто я внутри, Коль знал, кем сам являешься в утробе? Молодой поэт: Ответ получишь лишь тогда, Когда представишься мне, ясно? Мефистофель: Ну, что Творец – доволен? Подсудобил Мне проблем, интриг и гласно Все ангелы твои подняли руки За тело новое, прекрасно! Молодой поэт: С кем недовольно так глаголишь? Мефистофель: С Творцом твоим, опять же не находишь, Что было это уж в твоем пути? Молодой поэт: Что конкретно, поясни? Мефистофель: Повтор речей и темы для беседы… Ах, я забыл, хотел тот белый лист поэт заполнить, Но нет музы – вот, где беды. Теперь проблемы вижу я исход – пиши! (Листок и ручка сами по себе поднимаются в воздух и начинают записывать слова Мефистофеля) Явился Мефистофель и его приход Лишь вызван долгом, что обязан Немедля выполнить сейчас. Желание Фауста для нас – закон, Что в договоре двух сторон указан. Молодой поэт: Мефистофель? Мефистофель: Да, Фауст, слушаю тебя, правитель. Молодой поэт: Неужели собственной персоной явился Дух ко мне кромешной тьмы и лести покровитель? Мефистофель: Слушай, Фауст, или я с веками глупым стал, Или ты где разум свой оставил? Ни ангел я, ни Серафим, а в диалоге нашем имя вставил, Чтоб ты от жизни не отстал. Молодой поэт: Так я и знал! Темнишь, нечистый, ох темнишь. Читал я о тебе немало и слыхал, Как ядом лжи людей моришь, Как против неба ты восстал. Мефистофель: Восстал? Ха-ха! Такая чушь и ваши выдумки, поверь, Ведь мы друзья с Творцом. Мы даже не ругались. И сами по себе творим От счастья вашего и от потерь Свой мир, где души ваши, затем располагались. Я разделил ваш мир, вдоль провел черту, Разнообразив жизнь Земли, снабдив двумя цветами. Я в белом цвете воевать иду, а в черном веселюсь, местами Сочетаю сразу все, как видишь… Молодой поэт: Заметил твой наряд. Учел, что роскошью владеешь. Однако, почему ты Фаустом меня зовешь, На что намек и, что в виду имеешь? Мефистофель: Намека нет, ты – Фауст, все здесь складно. Во мне ты сомневаться вздумал? Себе не веришь, что ж, досадно. Молодой поэт: Шутить задумал, издеваться? Задеть во мне поэта захотел? Мефистофель: Да, что ты, милый, не надо волноваться. Воспеть тебе всю суть я не успел. В душе ты – Фауст, и не вижу смысла тут стесняться. Иначе б в этот день на Землю не слетел. Молодой поэт: Простой поэт в душе я и ученый, Бедняк по жизни, труженик и раб. Читал я Иоганна, не думай, уж смышленый. Интеллект высокий и на страстолюбие не слаб. Мефистофель: Ну, что ж, не верит гад, идет мерзавец напролом. Фома и тот бы уж прислушался, ну ладно… Докажем не естественным путем. (Возникает яркая вспышка, и ученый вместе с Мефистофелем перемещаются в замок невиданной прежде красоты и неописуемых размеров.) Я – Сатана, друг мой, один из видов воплощения И гений грязного мышления. Хозяин пламя и воды. Я – Люцифер, создатель света, Затейник тьмы и пустоты. Владелец ночи, что Луной согрета, Помощник силы, начальник суеты. Я – фокусник, шутник и предсказатель. Владелец душ умерших, глаза и совесть у живых. Пороков ваших созерцатель, А также адвокат одних – естественно судья других. Я тут, я здесь, я вездесущ, И мне подвластны все стихии. Талант создателя присущ. Когда был в гневе – вы вопили. Я – мастер, муза, возрождение, Искусство, страсть и вдохновение. Идея, мысль и мечта. Людская суть и нагота. Поверил? Молодой поэт: Да, боюсь уже твоей я мощи. Промчался холод по спине. Позволь, зачем явился в эти рощи Хозяин Ада по весне? Мефистофель: Тот, чье имя так усердно называю, Умело скрылся от меня однажды. Но в чье тело он вселился – знаю. Договор подписан, повторять не буду дважды. Молодой поэт: Говорю тебе, лукавый, ты ошибку совершил! Я не Фауст и не врач слащавый, Всю жизнь свою собою был. Мефистофель: Да, надо же! Не может быть! А я не Фауст – вот и все дела. Живите, как хотите, господа, И я собою буду жить. Ты вспомни, Фауст, как выполнял твои мечты, Где только ни были с тобой: Наряды, замки, украшения. Любви желание и красы Всегда с тобою были, ощущение, Что все вокруг с тобой порхало. Ты пил вино драгих и знатных стран. Вечерним временем красотка новая махала, Манила, совращала, позабыв про срам. Ну, помнишь? Молодой поэт: Со мною не было такого, не заврись! Я бедно прожил, в одиночестве, как ни крутись, А нету у тебя таланта предсказания. Мефистофель: А несчастных душ рыдание? Молодой поэт: Рыдание? Мефистофель: Да. Молодой поэт: Душ рыдание? Мефистофель: Да, да, рыдание, в общем, плач. Молодой поэт: Опять мне ересь представляешь? Мефистофель: Да ты, дурак, не понимаешь, Что ты – философ, ты – богач! Я сделал из тебя известность на века и города. Спроси, вся знает повсеместность Про имя Фауст и тогда Почувствуешь, что был я прав, как никогда. Молодой поэт: Не верю... Мефистофель: Так, продолжим тему. Рыдание душ, страдания и крики Вдохновляли равнодушную систему, Что создал ты. И мертвячьи блики Преследуют ученого, открывшего дилемму, Которая раскроет все извращение прошлого, В котором много страшного, безумного и пошлого. Мой Фауст, припоминаешь казни, пытки, Придуманные твоим нутром? Как восхищалось твое «я» при виде предсмертной их улыбки. Над их телами, вспомни, потешались мы вдвоем. (Душа Фауста не выдерживает и покидает тело поэта, возникая между ними) Фауст: Довольно, хватит, Мефистофель! Мефистофель: Задел небось? Постой, еще не все. А Гретхен?... Фауст: Гретхен...что? Мефистофель: Ее ты облик охраняешь Стенами сердца до сих пор, Она в Раю – ты так считаешь, Могу вступить с ученым в спор. (Проводит рукой и перед ними появляется образ Гретхен) Фауст: Любимая... Мефистофель: Была...когда-то. Любила и она, а тут Душа девицы в безмятежности зажата – В Аду ей лучше: ценят, уважают, чтут. Фауст: Не изменился ты, проклятый бес. Остался той же тварью, черт. Не жди надежды, чтоб я слез из жизни новой, я уперт. Мефистофель: Блоха ученая, червяк! В своей безумной наглости не сочетаешь меры. Пред силой Ада ты – слабак. Любовь рабыней стала этой сферы. Она, как кукла мне подвластна, В спор не вступает с мужем тьмы. Краса танцует вальс прекрасно, Всю ночь под небесами у Луны. Сливаемся, как вы вдвоем с ней страстно Змеиным до удушья шармом на восходе. Теперь пришел твоим желаниям конец, и не напрасно Забрать пришел ученую душонку на исходе Чернил, написанных на белом полотне, Где текст так складно получился. Твой стих готов, и он на высоте – От прошлых лет рассказ твой отличился. Фауст: Ты будешь убивать меня? Я только начал жить… (Тут тучи расступаются, и на берег падает яркий свет, в сопровождении раскатов грома. Мефистофель прикрывает глаза, ехидно улыбаясь) Мефистофель: Живи, но помощи моей не увидишь боле. Избрал ты высший путь, моя нога не ступит по нему. Ухожу, прощай, твори, люби без боли. А я на дно, к себе – вниз полечу… (Молодой поэт подбирает лист со свежим текстом, надиктованным Мефистофелем, долго смотрит вдаль, воодушевленно улыбается и покидает берег…)
Россия
Опубликовано: 176 дней назад (29 мая 2018)
Прочтений: 150
Стихи нравятся: 0
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!